Александр Этерман: "Израиль сегодня - технический банкрот"
Наталия Бабасян,
Иерусалим-Москва
В четверг премьер-министр Израиля Ариэль Шарон представил
Кнессету новое, коалиционное правительство. Главная сенсация - экс-премьер Биньямин Нетаньяху оставляет пост главы МИД и становится министром финансов. Теперь именно Нетаньяху - один из лидеров правящего блока "Ликуд" - берет на себя ответственность за состояние экономики, которая переживает жесточайший кризис. Так во всяком случае считает израильский экономический аналитик Александр Этерман, с которым встретилась в Иерусалиме Наталия Бабасян.
- Что сегодня происходит с израильской экономикой?
- К сожалению, ничего хорошего. Люди живут хуже, чем год назад, и еще хуже, чем три года назад. Реальные доходы снизились. За год у нас закрылись 45 тысяч фирм - от крупных компаний до крошечных магазинчиков. Кроме того, Израиль находится в тяжелейшем финансовом кризисе. Он много лет загонял себя в финансовую ловушку и в результате оказался в преддефолтном состоянии.
- И что это за ловушка?
- Есть надежный способ обанкротить страну: тратить постоянно намного больше, чем зарабатываешь, делать долги. На каком-то этапе вместо того чтобы жить ты начинаешь манипулировать долгами. Вся финансовая политика Израиля - это манипуляция долгами, которые непрерывно возрастают. Чтобы скрыть настоящее положение дел, приходится жонглировать цифрами. Например, директор банка Израиля Давид Кляйн дал газете "Хааретц" интервью, в котором он объясняет, что, когда у нас бюджетный дефицит составляет 3,9 процента от ВВП, читать надо: 7,9. Это говорит о том, что у нас фальшивая статистика.
- Каков государственный долг Израиля?
- У Израиля есть долг, который он официально признает. Долг этот составляет 103 процента ВВП. Под него выпущены облигации. Но если израильский долг рассчитать так, как это делают в Норвегии, Голландии или во Франции, то выяснится, что он составляет 225 процентов. При этом за последние 25 лет Израиль получил от Америки 140 миллиардов долларов безвозмездной помощи в нынешних ценах. Это очень большие деньги для маленькой страны, которыми можно было бы заткнуть любой долг, но не получается.
- Почему?
- Потому что мы привыкли к двойной бухгалтерии. 54 года существует Государство Израиль, и 54 года оно дефицитно по всем параметрам. Другая сторона дела - у нас год от года снижается количество работающих. У нас есть так называемые фундаменталистские секторы - это ультрарелигиозный сектор и арабский сектор. Десять-двенадцать лет назад работали 30 процентов ортодоксальных мужчин-иудеев и 30 процентов арабских женщин. Сегодня в ультраортодоксальном секторе работают лишь 22% мужчин. Эти сектора, как воронка, всасывают в себя огромные деньги.
- Каким образом?
- Ультрарелигиозный сектор нищенствует, но вылезать из нищеты не хочет. Более того, он использует свою политическую силу, чтобы ему позволяли таким оставаться. Эти люди получают пособия и другие дотации от государства, но дотации им не помогают - наоборот, укрепляют их решимость не работать. То же самое происходит в арабском секторе. Мы живем в ситуации, когда одному дельному человеку приходится кормить несусветное количество бездельников, которых с каждым годом становится больше. В цивилизованной работающей семье у нас - полтора ребенка, в неработающей - восемь. Причем как в арабской, так и в еврейской. В ультраортодоксальной их зачастую даже больше, а главное, они совершенно уверены, что общество должно их содержать. Лет 20 назад в ультраортодоксальных школах училось 7 процентов детей, сейчас - 22. В цивилизованном мире работают 84 процента мужчин наиболее трудоспособного возраста, в Израиле - 69, и эта цифра снижается.
В результате мы имеем один только официальный долг в 103 процента от ВВП, то есть порядка 110 миллиардов долларов. Аргентина, которая по населению больше Израиля в 6 раз, а по экономике в 4 раза, рухнула от долга в 140 миллиардов.
- Существует мнение, что ухудшение экономического положения связано с палестинской интифадой и началось два года назад...
- Интифада обошлась нам в 15-20 миллиардов долларов, но она нас бы не убила, если бы мы были экономически здоровыми. Израиль сейчас - технический банкрот. Вопрос лишь в том, чем это кончится - таким дефолтом, при котором закроют банки, или чем-то помягче, дефолтом, при котором удастся что-то списать, о чем-то договориться, но все-таки выжить и не остановить страну.
- Что должно делать правительство?
- Перейти к антикризисной системе управления, то есть управлять страной так, как управляют фирмой, стоящей на пороге банкротства. Политически это очень тяжело, это можно делать лишь в том случае, если есть убежденность, что иного пути нет.
- Как кризис отразится на населении?
- Мы находимся под тройным давлением. Это готовящаяся война США в Ираке, которая портит в Израиле все - кто будет заниматься бизнесом, когда завтра тут могут начать летать ракеты? Нас давит повышение цен на нефть. Нас давит продолжение террора. Но вдесятеро сильнее давят наши финансовые проблемы. Уровень жизни населения будет продолжать снижаться, а безработица - расти.
Михаэль ДОФМАН
Здравствуйте Анатолий.
Прочел статью Этермана и она показалась мне неправильной. В частности его
цифры о падении числа работающих в религиозном секторе. Если происходит рост
непродуктивных секторов, то не за счет падения числа работающих в
религиозном или арабском секторе, а за счет роста непродуктивных секторов, в
частности армии и госаппарата и особенно армии и части оборонки. Правда
оборонка не вся непродуктивна - военный экспорт по разным оценкам составляет
20-30% израильского экспорта. Это - сильный перекос, но это и кормит страну.
Так или иначе, но именно непродуктивные сферы, а вовсе не религиозное или
арабское засилье стоят нам больших денег.
Кстати, указывая на рост числа неработающих верующих или арабских женщин за
последние 10 лет, Этерман умолчал о росте числа социальных случаев среди
русскоговорящих олим, особенно неполных семей и лиц, старше 50-и.
Оценка стоимости интиффады тоже неверна, но это большой вопрос, выходящий за
рамки статьи. В некоторых аспектах интиффада даже выгодна израильской
экономике.
Этерман неверно толкует статистику. Статистика в Израиле возможно и
подтянута за уши, но в рамках международных правил. Факт, что кредитный
рейтинг Израиля очень хороший и Израилю деньги дают.
Но главный недостаток статьи не в этом. Рассуждая о размерах национального
долга, Этерман забывает или не знает упомянуть, что большая часть долга -
политическая, а не экономическая. Государство Израиль почти полностью должно
деньги американскому правительству, а не частным банкам или Международному
валютному фонду. Это уникальная ситуация, коренным образом отличающаяся от
ситуации стран - технических банкротов, как Бразилия или Россия, где
кредиторами являются частные банки и МВФ, не имеющие мандата списать долги.
Более того, стоимость обслуживания долга совсем иная.
Да и сам размер долга по отношению к числу населения не является каким-то
критическим показателем. говорит лишь о том, что кто-то дал деньги. В
денежных делах не надо много людей, а надо много денег. 104 миллиарда
долларов, например - не большие деньги. Имеет значение также соотношение
внешнего и внутреннего долга, которое в Израиле иное, чем в приводимой для
примера Аргентине.
Вот то, что наша армия переоснащена в основном вооружением и амуницией
середины 70-х - это реальная проблема. Я работаю в сфере военного экспорта и
знаю много закрытой информации. По имеющимся у меня данным, для модернизации
израильской армии необходимо порядка 60 миллиардов долларов. Это и была
действительная причина и часть цены за мирные уступки Барака. Шарон же на
уступки не идет, полагая, что воевать с палестинцами достаточно
тем, что есть.
Да и все знают, что в случае мирного договора американцы заплатят по счетам.
Счет будет порядка 100-150 миллиардов долларов в прямых субсидиях и
государственных гарантиях.
Я бы мог расширить письмо, но мне кажется, что этого достаточно, чтобы
показать поверхностный и политический характер статьи Этермана. Мое мнение,
что публикация подобных статей снижает уровень сайта.
Мое письмо не предназначено для печати и прошу его видеть, как внутреннюю
рецензию.
