Проблемой современного мира является не Ислам, а недалекие фанатики

Не арабский еврей, заметьте, ведь это понятие имеет не больше смысла, чем, скажем, славянский, балтийский или европейский еврей, а еврей Ислама. Это не только потому, что в жилах моей семьи течет кровь людей, живших в Ираке, Сирии, Марокко, Тунисе и Турции, и не потому, что в возглавляемой мной общине есть выходцы из Бахрейна или Индонезии.

Это правда, что мой ай-под (I-pod) забит песнями Абдуль-Ваххаба, Сабаха Фахри и Фарида аль-Атраша, и что иудейские песнопения широко заимствуют из исламской, суфийской и арабской поп-музыки. Однако связь здесь гораздо более глубокая. Я еврей в Исламе потому, что Иудаизм под правлением Полумесяца взял несколько иной курс, чем под правлением Креста.

Евреи в Исламе, хоть и названные в Договоре Умара «зиммии», то есть «опекаемые», никогда не чувствовали такой ненависти по отношению к себе, такого антисемитизма и преследований, которые стали их «хлебом насущным» в христианском мире. Их не считали убийцами Бога, и им не приходилось защищать свою религию в публичных спорах. Их не исключали из общества исламского государства по религиозному признаку, как это происходило в Англии, Франции и католической Испании.

Как правило, Ислам всегда был гораздо менее фанатичным, чем Христианство. Количество начатых войн, жизней, загубленных людьми, считающими себя последователями человека, который сказал: «Любите врагов ваших, благословляйте тех, кто проклинает вас… И если кто-то вас ударит по правой щеке, подставьте ему и другую», просто поражает. И это насилие было направлено не только против других монотеистических «язычников», таких как мусульмане и иудеи, но также против христиан, отклонившихся, как кому-то показалось, в ересь.

Крестовые походы, Варфоломеевская ночь и Инквизиция – лишь немногие примеры. Последняя, основанная последователями святого Франциска Ассизского, доброй души, проповедовавшей птичкам: «…мои маленькие сестры, всегда учитесь восхвалять Господа», была нацелена не на иудеев, а на христиан-еретиков и новообращенных. Делала она свое дело с такой жестокостью и зверством, в Старом Свете и Новом, что пытки Абу Грейба по сравнению с ней просто тускнеют.

Так называемая западная цивилизация возникла из долгой истории религиозно нетерпимости. Столь пышно встреченная декларация «Nostra Aetate» была выпущена лишь в 1965, для исторической перспективы это какие-то минуты назад.

Далее, хотя она и благосклонно оправдывает большинство иудеев в грехе убийства Иисуса и призывает к миру и религиозной терпимости, она подчеркивает, что Христос – единственный истинный бог, и что мы должны способствовать дружбе, чтобы привести все человечество к вере в него. Также в ней признается, что раньше имели место «некоторые ссоры» между Церковью и мусульманами, однако в декларации людей призвали забыть прошлое и начать все с чистого листа. Папа наверняка не слышал слов Сантаяны: «Те, кто не помнит прошлое, обречены его повторить».

Гораздо большая терпимость выражена в обращении вождя индейцев Сагоеваты к христианским миссионерам в 1805 г.: «Брат, ты говоришь, есть единственный способ поклоняться и служить Великому Духу. Если религия одна, то почему тогда у вас, белых, столько разногласий по этому поводу? Почему бы всем не прийти к согласию, ведь вы все можете читать книгу? Брат, мы не хотим разрушить твою религию или забрать ее у тебя. Все что мы хотим – наслаждаться нашей собственной».

Оглядываясь назад, нам следует задаться вопросом, что случилось с сбалансированной и просвещенной исламской цивилизацией? Почему, когда Гарольд Блум пишет предисловие к «Украшению мира» Менокала, во всем мире не видно ни одного мусульманина-андалузийца?

Часть ответа на этот вопрос – когда Запад и Восток встретились в современности, это был поединок, вдохновленный высокомерием, религиозным рвением и жадностью. Колонизаторские и империалистские силы смотрели на коренных жителей свысока и не удосужились понять их, миссионеры пытались «спасти» потерянные души — цель, оправдывающая все средства, и награбленное в восточном и африканском мире было поделено между «культурно превосходящими» завоевателями.

Удивительно ли, что националистические и религиозные силы, в конце концов, бросились в атаку, чтобы противодействовать этому захвату?

Когда мы говорим о религии, проблемой современного мира является не Ислам, а недалекие фанатики. На сегодняшний момент их много среди мусульман, но в известной степени это то же религиозное рвение, которое и в нашей стране, декларирующей разделение церкви и государства, препятствует исследованиям в области стволовых клеток, борется со сторонниками свободной выбора и дискриминирует те или иные группы граждан.

Противоядие фанатизму – поддержка и содействие мусульманам — сторонникам умеренности, возвращение славы Андалузии, Кордовы и Гранады, подготовка имамов и толкователей Корана, которые готовы дать адекватные ответы изменяющемуся времени, одновременно обучая жителей Запада Исламу.

Настало время для открытого диалога, не такого, когда один поучает остальных по-своему, а когда конфликты разрешаются путем черпания мудрости из культуры соседа. Это тяжелый и долгий путь, но история – долгожитель с хорошей памятью. Она не устает ждать. Нам не надо строить мост к Исламу, нужно просто пустить движение по уже существующему издревле.

Хаим Овадиа,
раввин общины Кахала Йозефа (Джозефа) в Лос-Анджелесе (Калифорния, США)

Islam.ru